«Приехал со страхом»: гимнаст Нагорный в поисках утерянной дисциплины

фoтo: Eлeнa Миxaйлoвa

— Никитa, с чeм exaли нa пeрвый пoслeoлимпийский чeмпиoнaт, дa eщe пoслe трaвмы, с чeм приexaли?

— Сo стрaxoм. Бoялся сдeлaть всe плoxo и вылeтeть из сбoрнoй. Стрax нe прoшeл и пoслe oкoнчaния турнирa.

— Кaкиe для этoгo oснoвaния? Вы всeгдa oтличaлись здoрoвым нaxaльствoм. Пoбeдa нa Юнoшeскиx Oлимпийскиx игрax в китaйскoм Нaнкинe-2014 — три «зoлoтa», «сeрeбрo» и «брoнзa», взрoслый дeбют нa Eврoпe вo Фрaнции — «зoлoтo», втoрaя Eврoпa — снoвa «зoлoтo», личнoe и в кoмaндe, Oлимпийскиe игры — «сeрeбрo» кoмaнды, прoрыв чeрeз 16 лeт бeзмeдaлья!

— Никoгдa в жизни у мeня нe былo тaкoгo стрaxa, и всe былo лeгкo. Вo-пeрвыx, нaчaлoсь всe, нaвeрнoe, с мoeгo oтнoшeния к трeнирoвкaм. Oни нaчaли выглядeть бeзoтвeтствeннo. И… кaк скaзaть-тo… вoзник этoт шaнс — если не начну заниматься по-другому, вылечу из сборной.

— Вам именно об этом говорили — о безответственности? Или о том, что «звезду ловить» — дело нехитрое?

— Можете спросить любого человека из моего окружения: «звезду не ловил», болезнью звездной не страдал, не она виновата. Трудно формулировки подобрать, но, скорее всего, я перестал понимать, как надо относиться к тренировочному процессу. Я как-то привык за время после Игр, пока травму залечивал особенно, тренироваться так: есть настроение — делаю, нет — не делаю. Как я и готовился перед чемпионатом России, первым стартом в сезоне. Ведь приехал в Казань, выиграл брусья, попал в финал на перекладине, два дня прошел хорошо, в третий сорвался.

— Вы же действительно много пропустили из-за травмы.

— Да, ребята тренировались с сентября: прошел август, когда все отдыхали, наступил сентябрь, все начали пахать. А в октябре у меня травма. Я начал тренировки только с конца февраля — даже помню число, 24-е, то есть за две недели до чемпионата России я начал нагружаться уже серьезно. И у нас с тренером была задача показать на чемпионате России все, что сможем. И я сделал больше чем мог. Сделал даже больше чем обычно — собрал комбинацию и за две недели вставил два новых элемента на каждый снаряд, показал их на России.

— А что не так-то?

— Все так, просто не было никакой пахоты: это было в удовольствие, мы учили новые элементы с тренером, делали суперэлементы на будущее. Сделали комбинацию и для чемпионата России. А в Казани я поймал кураж и даже начал выполнять комбинацию, которая по базе была просто супер; жаль, в финале сорвался… И на этом настроении я приехал на сборы — типа, что я буду снова тренироваться сам по себе и в удовольствие.

— Что-то вы действительно прямо оторвались от реалий жизни.

— Не тут-то было, естественно, на меня начали потихонечку давить: удовольствие удовольствием, но надо готовить комбинации к чемпионату Европы. У меня в планах было войти в форму в первую неделю сборов — после России какой-то отдых был, но в итоге, когда надо было уже перед тренерским штабом поднимать руку и сдавать комбинацию, я не смог сделать то, что надо. И на меня уже смотрели именно так: надо ехать выступать на Европе, а он ничего не делает.

— Долго смотрели?

— На последней контрольной тренировке уже сказали: все плохо, если с таким подходом, то выступать на Европе не имеешь права. Не имеешь права позорить.

— Никита, не согласны были?

— Полностью согласен. Меня это, естественно, расстроило. Да, наверное, и привело в сознание: надо пахать, никто этого в спорте не отменял. Но больше все же расстроило; и я начал тренироваться не с обычным чувством: вот, у меня мотивация, надо выходить и рвать! А больше со страхом: я сейчас не сделаю, и меня накажут. И после выступления в Румынии, после бронзовой медали на брусьях, оно тоже осталось. Присутствовало в голове.

— Давайте я все же этот самоанализ немного в другую сторону уведу. Недооценивать себя плохо, переоценивать — тоже. Вы думаете, вам много дано от природы?

— Знаете, как скажу… есть такой боец Конор МакГрегор (ирландский боец смешанных боевых искусств. — Ред.). Некоторые считают, что он просто шоумен и клоун, некоторые — что у него особый настрой на бои. Я вижу второе. Человек, выходя еще до боя, говорит, как он закончится. Он программирует себя: «Я нокаутирую во втором раунде».

— Это вы к чему?

— К оценке себя и настрою. Я в день финала на брусьях в Румынии говорил и массажисту, и доктору, и Давиду Белявскому: буду в тройке — у меня есть эта возможность. И тем самым пытался себя запрограммировать, чтобы выкинуть все страхи. И знаете, наверное, это была первая моя комбинация, исполненная на кураже после того, как мне сказали, что «с таким отношением ты никуда не поедешь». Первый подход как раньше: моя задача — сделать, мне это нравится. Вернулся кураж. И мне это понравилось.

— Вы как-то сказали, что на старте в вас просыпается охотничий инстинкт, захотел — получил. Даже на дебютном чемпионате Европы у вас было «золото», на нынешнем, в ранге олимпийского призера, — только «бронза». С другой стороны, есть очень ценные выводы, вы возвращаетесь другим…

— Я не считаю этот чемпионат Европы неким откатом назад. Если брать психологическую сторону — да, все не очень просто. Но этот чемпионат не был плохим — я прошел три снаряда: брусья, перекладину и кольца. Кольца я сделал очень хорошо, получил самую высокую оценку, которую вообще получал, и это еще без доскока. Перекладина — тот снаряд, который меня все время тащит вниз в многоборье. Проблема в том, что к ней нужно подходить уверенным на все сто процентов, иначе не получится. Так и произошло. А то, что я стал третьим на брусьях, так это для меня как «золото» на вольных, это высокая оценка. То же за исполнение — получил самую высокую оценку за последнее время. То есть для многоборья этот чемпионат Европы — очень большой опыт.

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.